Авторы
Период
  • Новое на сайте
  •  
    Интересное на сайте

    » » Творчество Бунина и художественная культура «серебряного века»

    Творчество Бунина и художественная культура «серебряного века»


    Творчество Бунина принадлежит художественной культуре «серебряного века». Становление его личности совпало с периодом конца эпохи русского реализма, на смену которому пришло множество отрицающих друг друга школ и направлений.

    «Русские реалисты XIX века обрели мировое значение не только в силу своей одаренности, но и благодаря солидарности и общим усилиям». Их можно назвать «коллективом единомышленников в силу общности их основных творческих принципов. Они делали одно общее дело, и каждый из них чувствовал свою причастность к исторической жизни страны». Изменение культурной ситуации привело к кризису и разъединению писательских сил. Бунин остро реагировал на явления общественно-исторической жизни, видя в них приметы «общей расшатанности, неустойчивости общественного мнения». Художественное сознание писателя формировалось в период между двумя столетиями, когда шло переосмысление фундаментальных представлений о мире и человеке.

    Мировоззрение Бунина в полной мере отразило конфликт между потребностями времени и заветами предыдущих поколений. Безошибочная интуиция вызвала в его сознании сомнение и страх перед стихийными силами всеобщей и индивидуальной жизни. Бунин, последовательно отстаивающий свою приверженность художественной философии Л. Толстого, объективно примкнул к творцам, глубоко усомнившимся в оптимистическом взгляде на историческое развитие общества. Новое, нетрадиционное, не совпадающее с представлениями писателей-реалистов отношение Бунина к истории оказало огромное воздействие на его творчество и в конечном итоге определило его место в литературном процессе рубежа XIX и XX веков.

    Герои Пушкина, Лермонтова, Тургенева, Гончарова, Толстого, Достоевского или духовно едины с обществом, народом, ими стремятся к единству, или страдают, сознавая его невозможность; у Бунина человек изначально в духовной обособленности и не испытывает потребности в мировоззрении, объединяющем его с людьми, вводящем в общую жизнь,- разница, имеющая колоссальные последствия» . Литература XIX века, изображая человека, всегда исходила из его общественно-исторической обусловленности, и все явления «общей жизни» стремилась объяснить, устанавливая общественные и исторические причины и следствия. Русские писатели-реалисты анализировали поведение человека, видя связь его индивидуальных черт характера и судьбы с общей жизнью. Герой реалистической литературы всегда осознает свою общность с другими людьми, он ищет эту общность через мировоззрение и идеи. Особенность литературы русского реализма состоит в том, что в центре ее стоит герой-идеолог, отвечающий рационалистическим духовным тенденциям. «Концепция человека в реализме XIX века была рационалистической. А основной формой рационализма эпохи был, безусловно, историзм». Вера в исторический прогресс - определяющая черта рационалистического мышления.

    Иррационалистические концепции человека - такие, как наиболее влиятельные экзистенциализм Кьеркегора и «философия жизни» Шопенгауэра,- закономерно являются антиисторическими. Представители иррационализма противостоят реалистам в основополагающих принципах моделирования художественной картины мира. Русские писатели XIX века воспринимали историческую действительность как основную реальность, подлежащую изображению. Это утверждение распространяется и на произведения Л. Н. Толстого и Ф. М. Достоевского, у которых связь истории с экзистенциальными (связанными с бытием, существованием человека) проблемами была более сложной, чем у их современников, но по сути оставалась той же. Таким образом, основные принципы художественного воссоздания жизни, объединяющие русских писателей-реалистов, заключаются в следующем: личность человека они подчинили обществу и истории; поведение человека определили некими разумными началами; существование человека осмыслили в координатах исторического мира, безусловно разумного и справедливого, даже если человеку недоступно его понимание.

    Анализ художественной системы Бунина показывает, что по всем трем позициям у него имеются принципиальные расхождения с предшественниками. Человек Бунина всегда оказывается вне общей жизни, он изначально одинок; поведение человека никогда не определяется разумными мотивами; подлинная жизнь человека протекает вне истории.

    Особой остроты спор писателя с реалистами XIX века достиг в понимании нравственной природы человека. «Бунин полемически не принимал традицию исследования нравственных мотивов поведения человека, достигшую высшей точки в творчестве Достоевского и особенно позднего Толстого. И основным его аргументом в споре с классиками русского реализма была мысль об отсутствии нравственного сознания у обычных, средних людей как распространенное, повседневное явление». Все критики отмечают, что среди героев бунинских рассказов немало персонажей, одержимых иррациональной страстью принести ближнему зло и страдание. «Нет, видно никогда не откажется человек искалечить, пришибить человека, если только с рук сойдет. Глянь, как рвет, молотит мужик вора, стянувшего клок соломы. Клок не дорог, да ведь как такой случай упустишь! За вора-то ничего не будет»,- рассуждает Ермил из одноименного рассказа Бунина. Его размышления отражают воссозданную в произведении реальность, которую не знала литература XIX века.

    Понять природу художественного дара Бунина - значит понять мотивы неразрывной связи писателя со Всебытием. «Рождение никак не есть мое начало. Мое начало и в той непостижимой для меня тьме, в которой я был от зачатия до рождения, и в моем отце, и в матери, в дедах, прадедах, пращурах, ибо ведь они тоже я, только в несколько иной форме, где, однако, многое повторилось почти до тождественности… Не раз чувствовал я себя не только прежним собою,- ребенком, отроком, юношей,- но и своим отцом, дедом, пращуром; в свой срок кто-то должен и будет чувствовать себя - мною: индийская карма совсем не мудрствование, а физиология»,- заключает Бунин в философском этюде «Книга моей жизни». В его миросозерцании мотив прапатяти выступает как главный фактор человеческого существования, нивелирующий социальный, психологический, моральный, общественно-исторический и другие аспекты жизни.

    Бунин - художник «духовного инстинкта», интуиции. Отсюда его недоверие к рационализму, презрение к любого роди попыткам объяснить жизнь. Остановка в молчаливом созерцании тайны мира - наиболее естественное и неизменное состояние лирического «я» писателя. Одновременно с чувством укорененности во Всебытии, Бунин испытывал трагическое ощущение своей оторванности от него. Поэтому все его творчество наполнено стремлением преодолеть пространство и время ради восстановления утраченной целостности человека: «Печаль пространства, времени и формы преследует меня всю жизнь. И всю жизнь, сознательно и бессознательно, то и дело я преодолеваю их».

    Освобождение от времени - прежде всего выход из истории и приобщение к бесконечности - мыслилось Буниным как погружение в особого рода память. Она для писателя имеет мало общего с собственно воспоминаниями о прошлом, а предстает неким абсолютным настоящим, увековеченным и неподвижным бытием - единственным, что достойно быть предметом подлинного искусства. Любая историческая картина мира должна была быть переведена на метаисторическую глубину, чтобы Бунин признал в ней сущностную связь вещей. В противном случае сознание художника, по его представлениям, оказывалось скованным ограниченностью историзма и фальшью текущей действительности.


    28-10-2012 Поставь оценку:

     

     
    Яндекс.Метрика