Авторы
Период
  • Новое на сайте
  •  
    Интересное на сайте


    Социальные связи в поэзии Державина


    В лирике Державина уровень социальной жизни личности предстает наиболее конфликтным. Одно из подобных стихотворений, стоившее Державину многих неприятностей при дворе, ода "Властителям и судиям", генетически является духовной одой, то есть переложением библейского псалма 81-го.

    Смягченную редакцию оды ему удалось опубликовать в 1787 г, но в 1795 г., после событий Великой французской революции, поднеся рукописный том своих стихотворений, в состав которого была включена и эта ода, Екатерине II, Державин был в якобинстве и чуть не попал в руки тайной полиции:

    Ваш долг есть: сохранять законы,

    На лица сильных не взирать,

    Без помощи, без обороны

    Сирот и вдов не оставлять

    Не внемлют! - видят и не знают!

    Покрыты мздою очеса:

    Злодействы землю потрясают,

    Неправда зыблет небеса.

    В дополнение к этому появляется как бы голос обычного человека, который увидел, что правители так же смертны, как и люди, и в этом является аллюзия на кознь Людовика во время француской революции:

    Цари! - Я мнил, вы боги властны,

    Никто над вами не судья, -

    Но вы, как я, подобно страстны

    И так же смертны, как и я.

    И вы подобно так падете,

    Как с древ увядший лист падет!

    И вы подобно так умрете,

    Как ваш последний раб умрет.

    Сатирическая ода "Вельможа" (1794) - одно из наиболее крупных и последовательно выдержанных в обличительных тонах стихотворений сатирического плана - при всей своей кажущейся обобщенности имеет совершенно точный адрес. При том, что в оде не названо ни одно имя, у современников не могло быть ни малейшего сомнения относительно того, в чей адрес целит державинское обличение недостойного царедворца:

    Не украшение одежд

    Моя днесь муза прославляет,

    Которое в очах невежд,

    Шутов в вельможи наряжает.

    Сатирический образ типичного царедворца, озабоченного более всего собственным покоем и удовольствием, имеет собирательный, как и в "Фелице", смысл. Но, всяком случае, картина передней, в которой посетители терпеливо дожидаются пробуждения вельможи и приема, написана Державиным с натуры: в "Объяснениях" к оде "Вельможа" упомянуты князь Потемкин-Таврический и граф Безбородко.

    А там израненный герой,

    Как лунь во бранях поседевший

    А там - вдова стоит в сенях

    И горьки слезы проливает

    А там - на лестничный восход

    Прибрел на костылях согбенный

    Бесстрашный, старый воин тот

    А там, - где жирный пес лежит,

    Гордится вратник галунами, -

    Заимодавцев полк стоит,

    К тебе пришедших за долгами.

    В противопоставление дан образ подлинного вельможи, достойного, доблестного, добродетельного - то есть носителя высших духовных ценностей:

    Осел останется ослом,

    Хотя осыпь его звездами;

    Где должно действовать умом,

    Он только хлопает ушами -

    Хочу достоинствы я чтить,

    Которые собою сами

    Умели титлы заслужить

    Похвальными себе делами.

    И этот образ-тезис тоже конкретен: последние строфы оды, обращенные к истинному герою современности в глазах Державина, кончаются стихом: "Румяна вечера заря", которую поэт откомментировал так: "Стих, изображающий прозвище, преклонность лет и славу Румянцева". Таким образом, Державин оказывается еще и и сториографом событий, дает подробную галерею деятелей того вермени.


    12-05-2013 Поставь оценку:

     

     
    Яндекс.Метрика